Дени Верас предлагает, приступая к сооружению постройки, людей «разделить на дюжины и во главе каждой поставить бригадира, то есть старшего, который бы командовал ими и водил на работу». Описывая процесс работы, Дени Верас писал, что архитектор «дал нашим людям самые разнообразные работы: переносить тяжести, перекатывать камни или же другие подобного рода работы, причем мы ходили работать ежедневно в установленные часы». В городе, придуманном Дени Верасом, 267 квадратных четырехэтажных здания с четырьмя подъездами. В каждом здании размещается более тысяча человек. Стены домов из мрамора или белого камня. На крышах домов — вода, «куда она поднимается для того, чтобы в случае пожара тушить огонь». Над улицами протягивают полотно, дающее тень и прохладу. «На стенах блоки, через которые пропускают веревки, привязанные к тенту, который этим способом поднимается кверху, что мешает лучам солнца падать на стены и их согревать». Описывая законы и обычаи выдуманного города, Дени Верас писал: «Руководители некоторых производств... в большом почете, особенно руководители сельского хозяйства и построек, так как оба эти занятия наиболее полезны, и ими народ больше всего занят».
Так в эпоху баснословных трат на показное строительство версалей и «версальчиков» гениальные мыслители описали в своих утопических произведениях постройки совсем иного рода. Это были рационально сооруженные города с одинаковыми улицами, типовыми и в то же время благоустроенными и красивыми домами, построенными из недорогих материалов. Были предложены варианты улучшения гигиены городов и сохранения тепла в зданиях. Труд строителей в этих придуманных городах был четко организован и находился в большом почете.
В XVII—XVIII вв. еще нередки примеры длительного возведения крупных зданий, но в то же время многие здания возводят с быстротой; неизвестной в прошлые столетия.

Французский писатель Сирано де Бержерак (1619—1655 гг.), написавший утопию-памфлет, полное название которого «Иной свет или Комическая история государства и империи Луны», сделал поразительные естественно-научные и технические предвидения о том, что человек и животные состоят из множества мелких организмов, о полете на Луну с помощью многоступенчатой ракеты и др. Среди прочих фантастических чудес Сирано де Бержерак отмечал: «Среди наших городов есть и подвижные, и неподвижные». Передвигающийся город устроен следующим образом: зодчие строят дворцы из самого легкого дерева, внизу они ставят четыре колеса; в толщу стены помещают десять больших мехов, трубы коих тянутся по горизонтальной линии сквозь верхний этаж от щипца к щипцу; когда хотят увезти город в другое место (ибо их в каждое время года перевозят в другую местность, на свежий воздух), жители развертывают с одной стороны своего жилища, перед мехами, множество широких парусов; потом заводится пружина, которая приводит мехи в действие... и меньше чем за неделю дома переносятся на расстояние в тысячу лье. Неподвижные дома также необычны. «Фундамент под ними равен высоте здания, и все построено таким образом, что как только небо начинает тускнеть от морозов, можно опустить дом под землю, где он недосягаем для непогоды. Но едва лишь повеет весенним теплом, дома снова выходят на свет при помощи толстого винта». Таким образом, остроумно решается проблема использования подземного пространства и экономии тепла в зданиях.

В 1755 г. вышла в свет книга Морелли «Кодекс природы или Истинный дух ее законов». В четвертой части кодекса «Образец законодательства, согласно с намерениями природы», в разделе, именуемом «Законы городского благоустройства», Морелли приводит описание города-коммуны. Основой жизни города являются общественный труд — ремесленный и сельскохозяйственный, общественное и бесплатное распределение сырья, полуфабрикатов и готовых товаров. По представлениям Морелли, «величина каждого города будет приблизительно одинаковой... Вокруг большой площади правильной формы будут построены в одинаковом и правильном стиле общественные магазины для всяких припасов и залы для общественных собраний... Все эти здания будут одинаковой формы...»
Английский философ Фрэнсис Бэкон (1561 — 1626 гг.) в своей книге-утопии «Новая Атлантида» (1623 г.) описывает идеальное государство Бенсалем, где познание и изобретательство — непосредственный, живой ответ на нужды производства и военного дела.
В своей книге «Опыты, или наставления нравственные и политические» (1597 г.) Ф. Бэкон писал: «Богатства существуют, чтобы их тратить, а траты — чтобы делать добро и этим снискать честь. Поэтому чрезмерные расходы должны быть соразмерны важности случая». В одном из разделов этой книги — «О строениях» Ф. Бэкон писал: «Дома строятся для того, чтобы в них жить, а не смотреть на них, поэтому следует оказывать предпочтение пользе перед гармонией, за исключением тех случаев, когда можно достичь и того и другого. Сооружение невиданных домов только для красоты оставьте поэтам, которым дешево обходятся заколдованные замки». Эти слова звучат как панегирик экономике строительства всех времен.

Кроме того, существовал поземельный налог на всякое жилище, в соответствии с размером занимаемого им участка земли.
Особый интерес представляет тема экономики строительства в трудах великих предшественников научного коммунизма — социалистов-утопистов XVI — XVII вв., которые провозгласили идею общности и воплотили ее в систему коллективного производства, жилища, быта, образования. Разрабатывая принципы коммунизма, утописты облекли их в определенную систему строительства городов, даже оставили после себя географические изображения городских комплексов коммун.
Родоначальник утопического социализма Томас Мор (1478—1535 гг.) в своей книге «Утопия» (1516 г.) описывает фантастический остров, где на одинаковом расстоянии один от другого расположены 54 города, главный из них — город Амаурот имеет форму квадрата размером примерно 3X3 км. Этот город с населением 240 тыс. человек во времена Т. Мора считался бы очень крупным. По воле автора, он построен весьма рационально. Опоясанный высокой и широкой 180стеной, город разделен на четыре одинаковых района, каждый на 60 тыс. человек. В каждом районе имеются рынок для бесплатного распределения продуктов и вместительные дворцы для общественного питания. Томас Мор подчеркивал небольшую стоимость городских домов, стены которых «построены снаружи из камня, песчаника или кирпича, а внутри полые места засыпаны щебнем. Крыши выведены плоские и покрыты какой-то замазкой, ничего не стоящей, но такого состава, что она не поддается огню, а по сопротивлению бурям превосходит и свинец. Золото у Томаса Мора предназначалось для общественных уборных.
Создавая свой фантастический Город Солнца, итальянский философ и политический деятель Томмазо Кампанелла (1568—1639 гг.), в обобществлении быта пошел еще дальше Т. Мора. Основной ячейкой государства у него является община. Обобществлено все: средства и продукты производства, воспитание детей, питание, дома, инвентарь. Город Солнца расположен на холме, имеет радиально-кольцевую систему, диаметр его около 3 км. «Разделяется город на семь обширных поясов, или кругов, называющихся по семи планетам». В каждом из семи поясов города — однотипные дома. Их первые этажи заняты мастерскими, кухнями, столовыми, магазинами, оружейными складами, мыльнями. Во вторых этажах спальни и помещения для занятий «отвлеченными науками».

Так, например, при расходе 100 франков весь доход плательщика исчисляется в 200 франков: квартирная плата умножалась, следовательно, на два; с возрастанием цены квартиры общий доход лица определялся путем умножения на 3, 4, 5 и т. д.; при расходе в 12 тыс. франков предполагалось, что на квартиру тратится всего '/12 часть всего дохода и, следовательно, цифру этого дохода получали умножением квартплаты на 12. Вычитая отсюда сумму платимого гражданином поземельного сбора, брали 5 % с остающейся части дохода. К этому основному налогу присоединили еще несколько, среди которых главное место заняли, во-первых, специальный налог на квартиры в размере '/зоо исчисленного вышеуказанным путем дохода лица и, во-вторых, налог личный, взимаемый в размере трехдневной платы со всех, кроме самых бедных.
В 1798 г., когда были преобразованы личный и квартирный налоги, был учрежден еще особый налог с окон и дверей, выходящих на улицу в жилых помещениях. Для взимания этого налога все города делились по числу жителей на 6 классов: так в 1-м классе были города с населением менее 5 тыс. человек, в 6-м — города, имеющие более 100 тыс. человек.
Владельцы всех зданий, в которых имелось более 5 окон, платили определенный налог в соответствии с числом окон и классом местности. В домах же с большим числом проемов каждая дверь, окно, ворота и прочее облагались особым налогом, в зависимости от назначения проема, этажа, класса города и т. д. Всего было 48 разновидностей этого налога. Этот налог имел самое непосредственное влияние на архитектуру своего времени. Желание уменьшить платимый налог побудило многих ограничиваться лишь самым необходимым числом проемов, в ущерб свету и воздуху. В результате оказалось, что около 350 тыс. крестьянских домов имеют только один проем — дверной, а около 2 млн. квартир — всего только по одному окну.

К концу XVIII в. во Франции протяженность важных дорог составляла 25 тыс. км. Этого, однако, было недостаточно. Раздавались жалобы, что при огромных затратах на украшение больших городов совершенно забывают о небольших дорогах, они в таком состоянии, что приходы не могут общаться между собой. Адам Смит утверждал, что французские дороги лучше, чем многие английские, на которых взимаются специальные дорожные сборы. По ним не в состоянии проехать воз с грузом, даже на лошади опасно ехать, единственный способ передвижения — при помощи мула.
В XVIII в. классицизм пришел к каноническому набору форм и правил. На страже этих правил стояла Школа изящных искусств — парижская художественная академия. Постепенно форма классицизма превратилась в штамп, закоснелый классицизм стали называть академизмом. Казалось бы, канонизированная (или занормированная) архитектура — идеал для решения задач экономики строительства, стоящей на страже рационального использования материальных, финансовых и трудовых ресурсов в борьбе с излишествами в господствующем архитектурном стиле. Однако мы помним, что экономичность архитектурного сооружения не должна противоречить его красоте и прочности, и поэтому закоснелый штамп, осуждаемый историками архитектуры, не может быть приемлем и для экономистов-строителей.
Во Франции законом от 13 января 1791 г. был установлен налог на недвижимость. В то время Франция беспрерывно вела войну с коалициями европейских держав, государству нужны были деньги, а между тем старая система налогов была упразднена, новая же — поземельный налог — не давала достаточных средств для удовлетворения всех государственных нужд. В бюджете не хватало 60 млн. франков. Эту сумму распределили по департаментам с тем, чтобы она подвергалась там дальнейшей раскладке на отдельных плательщиков податей, в соответствии с доходами. Для оценки доходов использовался размер квартирной платы, причем было установлено, что чем беднее лицо, тем большую часть его бюджета составляет расход на квартиру.

Самым дешевым кровельным материалом для массового строительства была солома. Ею приходилось покрывать даже крыши церквей. В XVII в., когда английские церковные приходы сделались побогаче, по подписке собирали деньги на замену соломы шифером или черепицей. Если денег на всю крышу не хватало, приходилось оставлять солому в тех местах, где она была меньше заметна для прихожан — черепицей покрывалась только сторона, обращенная к главной дороге. Но уже известны разборные дома. В 1624 г. некий Эдуард Уинслоу привез «Большой дом» из Англии на мыс Энн в штате Массачусетс.
Со второй половины XVI11 в. идет усиленное сооружение дорог, хотя начало этому было положено раньше. В Англии еще законами 1530 и 1555 гг. на графства возлагалась обязанность строить и содержать мосты, а на общины (приходы) — дороги, причем последним предоставлялось право устанавливать натуральные повинности и избирать смотрителей дорог. В 1663 г. появились так называемые корпорации доверенных людей, получившие от правительства полномочия использовать займы для постройки дорог, прибегать к принудительному отчуждению земель и пользоваться натуральными повинностями общин. Однако эта система не дала благоприятных результатов: в сети дорог не было единства, возникла раздробленность администрации, увеличились издержки. В течение 1662—1682 гг. одна лишь французская королевская казна израсходовала на мосты и шоссе миллионы ливров. С 1683 по 1700 г. ежегодный расход на мосты и шоссе составлял 771 тыс. ливров, из которых на долю королевской казны приходилось 368 тыс. ливров. При Людовике XV на сооружение мостов и дорог ежегодно тратилось 3—4 млн. франков. В то же время правительство прибегало к дорожным и натуральным повинностям. Эти повинности открывали широкое поле для злоупотреблений администрации, непосильным бременем ложились на народ и вызывали всеобщий протест. В 1787 г. они были заменены денежными сборами.

Примером новой формы архитектурно-строительной документации могут служить проекты французского инженера Вобана—строителя многочисленных крепостей и гидротехнических сооружений второй половины XVII—начала XVIII в. Проекты Вобана состояли из трех основных частей: пояснительной записки, чертежей и сопроводительного письма. В свою очередь, пояснительная записка, отличавшаяся тщательностью составления, обычно делилась на четыре части: общая часть; детальное описание составляющих частей и расчеты со ссылками на чертежи; сметная стоимость; характерные особенности проекта и его преимущества.
В практику строительства внедрялись новые материалы. Заметный прогресс произошел в развитии конструктивных форм. К концу XVIII в. Начинают использовать металл для балок и решетчатых конструкций, строятся мосты с конструкциями из чугуна, а затем из ковкого железа. В 1785 г. во Франции покрытие одного из домов Булони было полностью сделано из ковкого железа, а покрытие здания французского театра, выполненное в 1786 г. Виктором Луи, «представляет собой сложную систему, состоящую из арок с затяжками и подкосами и из балок, подвешенных к аркам».

Первым примером совместной работы архитектора и инженера над одним проектом является проект Хлебного рынка в Париже.
В XVIII в. механик, воплотивший в одном лице что-то вроде инженера и «ремонтера», хорошо знал арифметику, кое-что из геометрии, иногда имел достаточно глубокие познания в практической математике, умел составить чертеж, построить здание, плотину, мост, провести канал. Все это умел английский и западноевропейский практик-механик; на Руси такой мастер на все руки назывался «розмыслом».
Во Франции строительство и контроль над ним сосредотачиваются в руках государства. Вводится новая должность — «архитектор короля» или «первый архитектор короля». На строительство затрачиваются огромные средства. Государственные учреждения контролируют строительство не только в Париже, но и в провинциях. Изменилась и форма составления архитектурно-строительных проектов, значительную часть которых занимала теперь пояснительная записка, включающая не только инженерные, но и экономические расчеты. Таким образом, облегчились методы производства работ, повышалось качество работ.

Заработная плата рабочих, в том числе и строительных, была низкой. Так, в-XVI—XVII вв. в Эльзасе и во Франции заработная плата строительных рабочих хотя и возросла на 30—40%, но при этом цены на товары повысились в среднем на 100%. В Англии денежная плата увеличилась на 100%, но и уровень цен — на 150%. Рабочий день продолжался в XVII—XVIII вв. 14 ч и более.
Этот же период характеризуется возникновением и развитием инженерно-строительной науки. Так, в XVIII в. во Франции складывается профессия инженера-строителя, специалиста, имеющего научно-теоретическую подготовку. В 1716 г. во французской армии был создан «корпус инженерных мостов и дорог», а в 1747 г. основано первое учебное заведение, готовившее инженеров,—«школа по строительству путей сообщения». Вскоре после этого Джон Смитон первым назвал себя «гражданским инженером», определяя, таким образом, новое понятие «инженер», т. е. работающий над сооружением не военных, а гражданских объектов.
Крупнейшим центром научно-технического образования стала созданная в 1794 г. Политехническая школа в Париже. Выпускники этой школы — это совершенно новый тип специалиста — инженера-строителя, имеющего возможность в своей практической деятельности систематически применять точные математические методы для определения размеров конструкций и их элементов. Появилась и специальная научно-техническая литература: пособия, инструкции, содержащие правила строительства, размеры конструктивных элементов и т. п.